таких жилетов просто-напросто не было. Были спасательные круги, и все.
— Боцман,— полюбопытствовал кто-то, свешиваясь сверху,— какое кино сегодня будет?
Я начал понимать, что команда здесь новая и они еще не знают друг друга и своего начальства. Увидев меня возле каптерки с журналом и ручкой, повинуясь приказу, переданному по судовой радиотрансляции, каждый из них, естественно, принял меня за боцмана. Да и по возрасту подхожу, подумал я. Так дело пойдет — капитаном стану.
Матросы толпились, получали жилеты, расписывались за них, кое-кто спрашивал, как ими пользоваться, но я делал вид, что очень занят выдачей и мне не до таких мелочей, как объяснение правил пользования жилетом.
Наконец жилеты кончились. Я вытер лоб, запер каптерку и понес журнал боцману. Но в каюте его не оказалось, и я вернулся в свою. Только сел отдохнуть после трудов праведных, как сыграли общую тревогу.
По судовой роли знаю, что мне надо бежать к каюте номер 74 и там стоять. Ждать указаний. Каюта эта тоже по правому борту, неподалеку от моей.
Надел спасательный жилет — разобрался все-таки в нем. Увидел в кармашке на груди свисток. Вроде милицейского. Дунул в него. Свистит, Понравилось. Еще раз дунул, опять свистит. Понял — это сигнал в тумане подавать. Тут же лампочка. Поискал, где выключатель. Нет его. Позднее мне объяснили, что лампочка химического действия и в воде загорается сама, подает световой сигнал.
Побежал к каюте номер 74.
Там уже стояли несколько матросов. Никто не знал, что делать. А я знал. У меня в «Судовом номере» написано: «Действовать по указанию врача». По судовой роли я почему-то значусь буфетчиком, и мне при всех тревогах надлежит быть при враче. Почему так — не знаю. Но все