как ты, вижу впервые. Тебе мало, тварь, что ты ее удавил, так ты еще и над трупом надругаться хочешь?! Толик у нас тоже этих сук мочит, но у него работа такая.- Он ткнул пальцем в водителя. - У него к ним ничего личного. Просто сделал дело и ушел. А ты, скотина, никак успокоиться не хочешь. Уж как я тебя, суку, пиздил, как я тебя, гада, мочил в том подвале, а эта,- он кивнул в сторону Даши,- кричала: «Не надо его бить! Не велено!» Да всем по хуй! Зарыли бы, и все. Вот скоро остановимся бабу эту хоронить, и, если ты, сука, не заткнешься, я тебя рядом с ней положу!
Я заткнулся, но не потому, что испугался. Напротив, даже обрадовался. Теперь есть шанс остаться с тобой навсегда. Я заткнулся потому, что должен был переварить свалившуюся на меня информацию. Во-первых, этот молчаливый здоровяк за рулем и есть тот самый Игрок, которого мы с тобой мечтали удавить. Во-вторых, он вовсе не маньяк, а просто выродок-садист, который делает все за деньги. Безмозглый исполнитель. В-третьих, «не велено». Кем? Кем-то большим и важным, кто рулит деньгами? Тем, кому звонила Даша? Головоломка, но я понимал, что мне ее никогда не разгадать, да и не нужно. Ты хотела удавить Игрока. И вот мы добрались до него. Мы вместе с ним едем в одной машине. Ты лежишь в багажнике, а я сижу здесь рядом с Дашей. Ты мертва, а я почти мертв. «Почти» означает, что я что-то еще могу.
И я смог. Я сидел тихо-тихо, как будто я действительно испугался, а потом собрал все оставшиеся силы и дернулся вперед. Все произошло так быстро, что никто не успел ничего понять. Я и сам ничего не понял. Я просто сидел и смотрел на пролетавшие мимо груженые КамАЗы, а потом рванул вперед и крутанул руль. Игрок не смог меня остановить.